| Хагга | Дата: Пятница, 19.08.2011, 01:38 | Сообщение # 1 |
 Директор клуба
Группа: Администраторы
Сообщений: 11748
Статус: Offline
| 
О, да! Я напишу вам, дорогой Эдуард Васильевич, почему
вчера меня не было на работе! Мне ли не написать? Мне,
человеку, который уже пять лет ведёт колонку о паранормальных
явлениях в нашей заводской газете? Если б вы ещё знали,
что я пишу роман и скоро покину столь унылый и приземлённый
мир заводских цехов!
Я – писатель! Творец! И просто не такой как вы. Производство
давит на меня, как пресс неизбежности. Я – бедный,
возвышенный литератор под жирным пластом земного и
материального. Надеюсь, что следующим моим произведением
будет заявление об увольнении... А сейчас: объяснительная записка.
Столь сухой жанр терзает душу, требующую изящества слога,
но я верю, придёт тот светлый день, когда люди скажут:
"Этот мастер пера даже обыкновенную объяснительную записку
превратил в шедевр словесности!" А почему, собственно,
"Объяснительная записка"?
"Товарищу Молоткову Э.В
От машиниста холодильных установок
Трутнева Степана Архиповича.
Эссе о прогуле
Я, нижеподписавшийся..."
Стоп! О, тлетворное влияние заводских лет на мозг
художника! Замки для полёта души и работы писательской мысли!
Заниматься холодильными установками, когда твоё
призвание – литература, очень трудное испытание.
Но я его выдержу! Мой неоконченный роман придаст мне сил!
Никаких "нижеподписавшихся"! Хотя, чует писательская душа,
что скоро подпись моя станет... Ах, ну хватит аутотренинга.
Работа! Работа! И ещё раз – работа!
А что, если вот так?
"Эссе о прогуле
Вечер обещал быть серым и унылым."
Нет... Не то! Банально, скучно, без витиеватостей.
Попробуем по-другому...
"Серая мгла накрыла город. Её унылую тишину неожиданно
прорезал гудок адской машины современности. Стаканы на столе
затряслись в судорогах. Железнодорожный состав лихо
прогромыхал за окнами, заставляя вибрировать все
материальные формы в округе. Мне показалось,
что даже параллельные миры вздрогнули от мощи нашего паровоза."
Уже лучше. Некая тревожность, кажущееся затишье, неподвижность...
И вдруг застывшая реальность вздрагивает. Первый импульс,
толчок, предчувствие... Отлично!
"Гнетущая атмосфера странных ощущений перекликалась
с атмосферой романа, над которым я сейчас работаю.
Главный герой, находящийся между сном и явью,
размышляет о материи и сознании. Я, как его создатель,
просто обязан был прочувствовать то состояние!"
Писатель должен жить жизнью своего героя! Это же, как дважды два!
Эдуард Васильевич – мужик понимающий и рассудительный.
Надеюсь, разберётся. Хотя, он человек другого мышления,
а я графиками разговаривать не могу. Я – писатель, цифры - не моя стезя.
Холодильные установки, кстати, тоже. Временные рамки,
забота о хлебе насущном и быт – вот, что дано творческому человеку
в наказание за его талант!
"И ведь, что характерно, мысль материальна! Только я подумал
о более глубоком проникновении в мир моего героя,
как на пороге с авоськой изумрудных бутылок появился
двоюродный брат Геннадий. Я не видел его десять дней...
ома моего главного героя – самое яркое пятно в романе.
Он вдруг понимает сущность бытия, его сознание
открывается навстречу сакральным знаниям, хотя тело его
неподвижно и жизнь еле теплится, благодаря материальному,
то есть аппарату искусственного дыхания.
Я и кузен в очередной раз попытались проникнуть в то
астральное поле и открыть для себя непознанное. Конечно,
сразу ничего не получилось... Однако, нас уже стали навещать
довольно-таки глубокие философские мысли.
Геннадий вызвался обеспечить продолжение почти
научного эксперимента. Я, как уважаемая мною Мария Склодовская-Кюри,
шёл на жертвы ради открытия, не понимая, что это чревато,
и уже через пару минут Геннадий опять возник на пороге...
Ещё через час он протёр тот порог своим костюмом "Ribook"...
По-моему, здесь получилось заинтересовать читателя,
углубить его любопытство. Он уже трепещет узнать, что же было дальше!
Точно трепещет.
"За ним в мою скромную творческую обитель ввалилась
парочка муз, которые выдвинули некоторые любопытные
идеи по теме эксперимента. Я и Геннадий решительно согласились
подойти к нашим исследованиям немного с другой стороны.
Астрал настиг нас неожиданно. Я был уверен, что путешествие
длилось максимум двадцать минут, но оказалось, что часы показывали
уже семь часов вечера следующего дня. Геннадий всё ещё находился в коме.
Я же посетовал, что снова опрометчиво надеялся на свою память
и не вёл записок. Да и после десяти дней отсутствия кузена,
а следовательно и наших попыток пролететь в астрал,
навыки немного ослабли. Но мозг всё же кипел! Я сел за роман."
"Сел за роман"... Не то! В упоминании о романе должно быть таинство,
загадка, непостижимость! Я ведь уже написал и мне понравилось,
но тут вспомнилось великое творение Булгакова и стало предельно ясно,
что меня опередили... Это уже где-то было.
"Но мозг всё же кипел и я отдался писательскому чувству вдохновения,
как сложившая вёсла лодка в бурном, штормящем море."
Ага! Вот в этом что-то есть! Читатель обязательно должен
проникнуться метаниями маленькой лодчонки в океане литературы.
Он явно увидит, как мотает её шквальным ветром озарения,
бьёт волнами идей и швыряет о скалы критики!
"Угар эксперимента и последовавшее за ним нашествие муз
не позволили мне явиться вчера на завод. Настоящий ценитель
умственного труда наверняка поймёт, что холодильные установки
всего лишь пыль по сравнению с величием искусства. Искусство вечно!
И я, как ярый приверженец прекрасного..."
Надо упомянуть о заводской газете. Ведь если бы не я...
"... как ярый приверженец прекрасного, как истинный почитатель искусств,
ведущий колонку новостей о паранормальных явлениях уже пять лет,
уповаю на то, что наше общество достигнет когда-нибудь
высокого уровня сознания и начнёт поддерживать творцов материально,
без оглядок на прогулы, планы и графики! Ведь именно мы, творцы,
несём в будущее всё то красивое и замечательное,
что было в нашей эпохе! Именно по созданным сейчас рукописям
последующие поколения будут представлять мир нашего времени!
И только подумайте, что по сравнению со всеми этими
фундаментальными понятиями прогул машиниста
холодильных установок?
C уважением и творческим приветом,
Прозаик по призванию и машинист холодильных установок
из-за несовершенства мира
Трутнев Степан Архипович"
И вот тут, рядом, число и моя подпись. Та-а-ак... По-моему, красиво.
|
| |
|
|
